О языке богослужения РПЦ (тезисы)
Feb. 29th, 2020 10:04 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
danuvius1) Трехязычная ересь давно осуждена. Потому никакому языку не может быть приписываема особая сакральность.
2) Цсл перевод богослужения менялся много раз. У истоков перевода стояла РКЦ. Кирилл и Мефодий перевели минимум миниморум. Далее было много этапов новых переводов (см. исследования А. М. Пентковского, разрушившего общепринятую мифологию). Вся эта лабуда закончилась в никоновскую эпоху, когда более внятные древние переводы были заменены калькированными подстрочниками (а заодно и разрушена система древнего пения). Но и потом цсл тексты подвергались постоянным правкам в процессе книгопечатания (см., в частности, исследования Кравецкого и Плетневой, но это общеизвестно). Потому у цсл перевода нет и не может быть никакого "сакрального" подтекста, восходящего к Кириллу и Мефодию.
3) Современные цсл переводы, как правило, совершенно непонятны без греческого оригинала. Я в пору своего неофитства целый год следил за всем православным богослужением (к-е совершалось в храме Артемия Владимирова с полным вычитыванием аж всех кафизм! каноны на 9 и 12, по максимуму), имея при себе издание Септуагинты и многотомную римскую антологию православного богослужения. Порой даже сравнивал современные издания ИМП Страстной с изданиями 19 века (достались мне по наследству). И это касается не только самых сложных канонов Дамаскина или на Пятидесятницу. И беда здесь не столько в лексике или старой морфологии (это все легко модернизируется), сколько в принципе калькирования синтаксиса в справах никоновской эпохи (примерно тех же рабских принципов придерживался Паисий Величковский, из-за чего его переводы Добротолюбия совершенно неудобопонятны). Простая синтаксическая перестановка сильно упростила бы понимание богослужебных текстов.
4) Но самое главное - никакой современный перевод не поможет "захожанам" понять богослужебные тексты (особенно "подвижные", читаемые не каждую неделю, а порой и раз в год, как каноны на утрене), поскольку - при всей примитивности их сравнительно с патристическими текстами - без знания богословских и исторических реалий, равно как и всего комплекса сопутствующих моментов (от Писания до Вселенских соборов и истории Церкви), адекватное понимание просто невозможно. [И тут тоже умалчиваю о невнятной дикции чтецов, о суете и шумах в очереди при "помазАнии" - так что даже стоя у самого амвона, мне порой с трудом удавалось что-то понимать.]
Тогда почему у противников перевода с цсл языка появляется столь стойкое противление?
I) Современное состояние русского языка, полностью деградировавшего (тут я согласен с Гусейновым). Переводы Кузнецовой, Десницкого и вообще РБО (под ред. Селезнева) - это в помойку сразу. Отсутствие квалифицированных кадров (базы, исследований, а также и самой установки) в РПЦ.
II) Что гораздо важнее. Цсл язык играет роль той самой перегородки "("иконостаса"), о коей столь радел Флоренский. Народ видит стену - и думает, там в алтаре ангелы ;)))) (Ну мы-то знаем, чем занимаются священнослужители во время богослужения.) А тут он слышит малопонятную мову - и думает, сие есть ангельский язык, не наш обыденный и повседневный, а "сакральный". Плюс облачения священнослужителей (= мы не хуже госслужащих, а у нас такие же цацки, см. мои постинги в ЖЖ об истории церковных облачений и прибамбасов), и прочая антикварная дребедень, смысл которой большинству непонятен, а в силу этой непонятности - сразу нагнетается та самая "неотмирность" (как и в науке: для массы чем непонятнее лекция и чем больше "терминов", тем "ученее" лектор).
III) Боязнь любых перемен, тяга к консерватизму. Лишь бы не заставляли напрягаться и думать. [NB Расхождения масоретского варианта и Септуагинты - это вообще неразрешимая головная боль для православных, так что я не буду здесь ее касаться.]
Впрочем, как правильно заметили в комментах к моим записям, сия косность свойственна в основном РПЦ. Большинство православных Церквей давно перешло на новый календарный стиль, имеет переводы богослужебных текстов, в т.ч. на английский.
Я бы видел реальную возможность переводов с цсл на русский язык - или, лучше, их адаптацию и упрощение, - если бы в РПЦ был реальный запрос на это, организация и финансирование специального института, о чем уже не один раз заходила речь (и даже у меня давным-давно с руководством ИС РПЦ/ИМП, потом в связи с "проектом Желтова" и т.п.). Но РПЦ ненужна научная постановка вопроса, создание базы данных по рукописям и древним изданиям и проч. Она с большим удовольствием проэксплуатировала бы готовые переводы "кочетковцев", хотя они остаются продуктом "частного производства".
Посему логичным мне виделся бы вариант, когда сама община выбирает тот или иной вариант богослужебного языка. Но в силу описанных (а также неописанных) причин этот вариант мне не кажется сегодня возможным. Таком образом, внятная дискуссия сторонников и противников перевода с цсл на русский вряд ли ожидается в ближайшем будущем.
2) Цсл перевод богослужения менялся много раз. У истоков перевода стояла РКЦ. Кирилл и Мефодий перевели минимум миниморум. Далее было много этапов новых переводов (см. исследования А. М. Пентковского, разрушившего общепринятую мифологию). Вся эта лабуда закончилась в никоновскую эпоху, когда более внятные древние переводы были заменены калькированными подстрочниками (а заодно и разрушена система древнего пения). Но и потом цсл тексты подвергались постоянным правкам в процессе книгопечатания (см., в частности, исследования Кравецкого и Плетневой, но это общеизвестно). Потому у цсл перевода нет и не может быть никакого "сакрального" подтекста, восходящего к Кириллу и Мефодию.
3) Современные цсл переводы, как правило, совершенно непонятны без греческого оригинала. Я в пору своего неофитства целый год следил за всем православным богослужением (к-е совершалось в храме Артемия Владимирова с полным вычитыванием аж всех кафизм! каноны на 9 и 12, по максимуму), имея при себе издание Септуагинты и многотомную римскую антологию православного богослужения. Порой даже сравнивал современные издания ИМП Страстной с изданиями 19 века (достались мне по наследству). И это касается не только самых сложных канонов Дамаскина или на Пятидесятницу. И беда здесь не столько в лексике или старой морфологии (это все легко модернизируется), сколько в принципе калькирования синтаксиса в справах никоновской эпохи (примерно тех же рабских принципов придерживался Паисий Величковский, из-за чего его переводы Добротолюбия совершенно неудобопонятны). Простая синтаксическая перестановка сильно упростила бы понимание богослужебных текстов.
4) Но самое главное - никакой современный перевод не поможет "захожанам" понять богослужебные тексты (особенно "подвижные", читаемые не каждую неделю, а порой и раз в год, как каноны на утрене), поскольку - при всей примитивности их сравнительно с патристическими текстами - без знания богословских и исторических реалий, равно как и всего комплекса сопутствующих моментов (от Писания до Вселенских соборов и истории Церкви), адекватное понимание просто невозможно. [И тут тоже умалчиваю о невнятной дикции чтецов, о суете и шумах в очереди при "помазАнии" - так что даже стоя у самого амвона, мне порой с трудом удавалось что-то понимать.]
Тогда почему у противников перевода с цсл языка появляется столь стойкое противление?
I) Современное состояние русского языка, полностью деградировавшего (тут я согласен с Гусейновым). Переводы Кузнецовой, Десницкого и вообще РБО (под ред. Селезнева) - это в помойку сразу. Отсутствие квалифицированных кадров (базы, исследований, а также и самой установки) в РПЦ.
II) Что гораздо важнее. Цсл язык играет роль той самой перегородки "("иконостаса"), о коей столь радел Флоренский. Народ видит стену - и думает, там в алтаре ангелы ;)))) (Ну мы-то знаем, чем занимаются священнослужители во время богослужения.) А тут он слышит малопонятную мову - и думает, сие есть ангельский язык, не наш обыденный и повседневный, а "сакральный". Плюс облачения священнослужителей (= мы не хуже госслужащих, а у нас такие же цацки, см. мои постинги в ЖЖ об истории церковных облачений и прибамбасов), и прочая антикварная дребедень, смысл которой большинству непонятен, а в силу этой непонятности - сразу нагнетается та самая "неотмирность" (как и в науке: для массы чем непонятнее лекция и чем больше "терминов", тем "ученее" лектор).
III) Боязнь любых перемен, тяга к консерватизму. Лишь бы не заставляли напрягаться и думать. [NB Расхождения масоретского варианта и Септуагинты - это вообще неразрешимая головная боль для православных, так что я не буду здесь ее касаться.]
Впрочем, как правильно заметили в комментах к моим записям, сия косность свойственна в основном РПЦ. Большинство православных Церквей давно перешло на новый календарный стиль, имеет переводы богослужебных текстов, в т.ч. на английский.
Я бы видел реальную возможность переводов с цсл на русский язык - или, лучше, их адаптацию и упрощение, - если бы в РПЦ был реальный запрос на это, организация и финансирование специального института, о чем уже не один раз заходила речь (и даже у меня давным-давно с руководством ИС РПЦ/ИМП, потом в связи с "проектом Желтова" и т.п.). Но РПЦ ненужна научная постановка вопроса, создание базы данных по рукописям и древним изданиям и проч. Она с большим удовольствием проэксплуатировала бы готовые переводы "кочетковцев", хотя они остаются продуктом "частного производства".
Посему логичным мне виделся бы вариант, когда сама община выбирает тот или иной вариант богослужебного языка. Но в силу описанных (а также неописанных) причин этот вариант мне не кажется сегодня возможным. Таком образом, внятная дискуссия сторонников и противников перевода с цсл на русский вряд ли ожидается в ближайшем будущем.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2020-02-29 10:40 pm (UTC)Что касается "своего" богослужения - оно у нас было немного, я переиздал книгу Спасского в ИМП, там есть обзор. А потом Питирим в зеленых минеях насобирал отовсюду доморощенного творчества. Но, конечно, грекам это все в подметки не годится обычно.