Любжин против совка
Feb. 28th, 2017 06:38 amhttps://news.rambler.ru/kids/36199383-istorik-podverg-somneniyu-vysokiy-uroven-sovetskogo-obrazovaniya/?updated=news
Целиком солидарен с А. И. Любжиным, нашим лучшим историком российского образования. То, что сейчас с образованием еще хуже, чем при совке, не значит, что надо бездумно ностальгировать по ушедшей эпохе.
Целиком солидарен с А. И. Любжиным, нашим лучшим историком российского образования. То, что сейчас с образованием еще хуже, чем при совке, не значит, что надо бездумно ностальгировать по ушедшей эпохе.
no subject
Date: 2017-03-02 09:35 am (UTC)"Подвел меня Коллонг к стоящему посередине мастерской на поворотной платформе главному компасу его системы и начал длинное объяснение. Я сперва даже не мог уловить, что ему надо, пока он не сказал, что я должен буду произвести необходимые наблюдения, затем вычислить на основании их деления вертикальных сил для нового дефлектора, произвести заново наблюдения и перевычислить деления горизонтальных сил.
— Читаете ли вы по-латыни?
— Я был в классической гимназии и мы читали Корнелия Непота.
— Вот и отлично, — и подает мне старинного издания брошюру Гаусса «Intensitas vis magneticae terrestris ad mensuram absolutam revocata» (Напряжение земной магнитной силы, приведенное к абсолютной мере.). — Изучите эту статью самым основательным образом, сделайте для нее конспект на русском языке и покажите мне. Если вам что-нибудь будет непонятно, приходите ко мне на квартиру после 6 часов вечера, я вам объясню, что надо, и, кроме того, каждый день показывайте мне здесь в компасной части результаты произведенных вами наблюдений и их предварительную обработку. Вот тут-то я вспомнил герр Котковица и его тариф и требовательность и увидал, что и латынь полезна; недаром у Козьмы Пруткова сказано: «и теребентин кому-то полезен»; и много раз в течение моей жизни и научной деятельности мне с пользою служила латынь. Конечно, я не мог читать ни Цицерона, ни Ювенала, но все они отлично переведены на французский язык; зато я свободно разбирался в элементарно простой латыни Эйлера, несколько труднее в превосходной латыни Ньютона и еще труднее в чисто классической латыни Гаусса и Якоби.
Как бы там ни было, «Intensitas» я изучил самым основательным образом, показал конспект Коллонгу, он меня как бы в разговоре основательно проэкзаменовал.
***
От себя добавлю, что позже Крылов сделает русский перевод Principia Mathematica Ньютона (М.: Наука, 1989).