О дорев. профессуре росс. духовных академий

[danuvius]

По состоянию на 1914 г.: http://www.danuvius.orthodoxy.ru/proff.pdf (прислано сегодня другом из Польши; сначала КиевДА и СПбДА, потом МДА и КазДА).
И с кем сравнить эти имена нынче?! С послерев. "академич." шелупонью? С современным "хоккеистом"?  Все эти прежние имена  - мне словно родные, хотя отношение к ним разное...
Как мне буквально на днях написал мой друг (уже из РФ), +самое смешное, что все новомодные западные "высеры" по патрологии (кроме текстологических) ничего не стоят по сравнению с нашими дореволюционными патрологами. Про нынешних рфовских молчу - даже хуже совкового убожества+ (и дальше нелицеприятно про "Муравья" и ему подобных).
И я соглашусь с ним - "на все сто"...

Comments

[danuvius.livejournal.com]

+ в данной монографии я подвел некоторые итоги исследованиям стратегии императора Алексея Комнина, которые в свое время блистательно начал Фердинанд Шаландон+ почему бы не сказать просто, как Ампелий: компиляция?!

[(Anonymous)]

Спасибо за уточнение. В своё время Митрофанушка преподавал у нас в СФИ историю Византии. Его лекции были небезынтересны, хотя и были пропитаны откровенным западничеством. Но возникает вопрос: а насколько Афиногенов компетентен в области истории Византии, чтобы оценивать новую работу Митрофанушки? Ведь, как известно, Афиногенов - не историк, а филолог, как, впрочем, и его подзащитный - Василик.

[danuvius.livejournal.com]

Виноградов (Ампелий) - достаточно компетентен в той мере, чтобы оценить (не)оригинальность. Афиногенов - просто этой эпохой не занимался.
И потом, качество работ Митрофанушки общеизвестно, только от права он теперь переходит к историч. компиляциям. Стиль этого ученого уже не изменится.

[(Anonymous)]

Меня в своё время шокировало высокомерие Митрофанушки, его бравада в отношении советских ученых-византинистов, например, Левченко и Литаврина. Митрофанушке присуща тенденция модернизации исторического процесса. Здесь очевидно влияние работ белоэмигранта Ростовцева. Неслучайно, Митрофанушка ссылается на Ростовцева как на авторитет в своём скандальном интервью.