Постинг от игумена Петра (Мещеринова)
Aug. 28th, 2023 11:36 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
danuviusПо просьбе иг. Петра выношу его отзыв о моей лекции в отдельный постинг в моем ЖЖ:
+Прослушал Вашу интернет-лекцию об истории Иисусовой молитвы: https://www.youtube.com/watch?v=uV7i1VsoE-U&t=71s Должен Вас поблагодарить и выразить Вам свой респект. Я отношусь к тому поколению нового русского монашества, которое в конце 80-х / начале 90-х гг. в процессе «духовного возрождения» всерьёз было захвачено «Новым Русским Исихазмом», в котором важную роль сыграли и «Рассказы», и Добротолюбие, и прочее, Вами упоминаемое – захвачено именно практически, не научно, не книжно, а «в самое сердце». Итог: уходы из Церкви, психические болезни, этическая расхристианизация, порой трагедии и ранние смерти, в моём случае – некоторая трансформация узко-конфессионального угла зрения в сторону пиетизма и квиетизма... но ни единого случая осуществления того, что нами с таким энтузиазмом и духовной жаждой было прочитано у «святых отцов» о «самодвижных молитвах» и прочих разобранных Вами материях. Полное фиаско. Ваша лекция даёт достаточно оснований осмыслить его причины и неизбежность – «лучше поздно, чем никогда».
Я, несомненно, продолжу слушание Ваших лекций о паламизме и исихазме и буду в той или иной форме популяризировать их, поскольку, на мой взгляд, Вы говорите очень важные вещи именно с пастырско-педагогической точки зрения.
Вместе с тем не могу объявить себя и Вашим полным единомышленником. Я отставляю в сторону конфликты, касающиеся отдельных, глубоко уважаемых мною личностей, в отношении которых, на мой взгляд, Вы были неправы. Но и некоторые «общие» вопросы, мне кажется, нуждаются в дискуссии. Позвольте отметить два из таковых, которые Вы отметили в Вашей лекции.
( Свернуть )
Первый (насколько я понял, разумеется). Говоря про Евагрия и его систему, Вы сказали, что монашество не захотело «отпускать» Евагрия и рецептировало его взгляды (речь шла о без-о́бразности молитвы), в то время как они были явным выражением нехристианской, неоплатонической догматики о необходимости «раз-телесения», или, как Вы сказали, «дематериализации» человека. Об исходной неправильности (с христианской т. зр.) положений Евагрия я с Вами, разумеется, согласен. Но, на мой взгляд, требование без-о́бразности молитвы в монашестве (и шире – в аскетической молитвенной христианской практике и восточной, и западной – да, и западной! церкви) исходит далеко не только из этого, и совпало с Евагрием тут чисто внешне. Если отталкиваться от Герхарда Терстегена, подытожившего всю здравую западную церковную мистику, здесь речь идёт о том, что молитвенные отношения с Богом вообще в минимальной степени касаются падшей «физики» (абсолютный «антиисихазм» в смысле обсуждаемых Вами практик, кстати). Сфера нашего общения и единения с Богом в Господе Иисусе Христе Святым Духом происходит в пространстве веры и любви, и, следовательно, свободы; а цель аскетики – вполне евангельская замена падшего «ветхого Адама» на «нового Христа»; следовательно, всякий образ в молитве будет здесь исходить из ветхой, падшей части, и именно поэтому он недопустим, а не потому, что нам надо «развоплотиться». Основания здесь педагогические, а не доктринальные. Поскольку Терстеген в определённом смысле «общецерковен» в аскетическом смысле, то ту же линию ясно видно и у свтт. Игнатия и Феофана. Но они очень плохо знали западную церковную мистику – что, увы, характерно, на мой взгляд, и для всего русского богословия до сего дня. То есть, я хочу сказать, говоря о рецепции «без-о́бразности» евагриевской молитвы и противопоставления ей «западной о́бразности», нужно учитывать и другие обстоятельства, мною упомянутые.
Дальше. Вы приводите термин Молиноса «в-вращение», и упоминаете Терезу Авильскую и м-м Гюйон. Я не знаю испанского языка, всю эту литературу читаю на немецком, с упомянутыми Вам переводами Молиноса конца 18 в. знаком. Этот термин у Терстегена я переводил феофановским термином «внутрь-собирание», и не нахожу здесь чего-то особенного или «мистического» – вполне понятный практико-аскетический термин, означающий «молитвенное сосредоточение». То есть я тут не придавал бы этому слишком большого значения.
И в связи с этим – последнее замечание. Мне показалось, что Вы в Вашей лекции оцениваете квиетизм заведомо отрицательно («то, что исходит от Молиноса, плохо, поскольку он осуждён»). Не говоря о том, что осуждение Молиноса весьма неоднозначно (об этом Хеппе хорошо писал ещё в своей «Истории квиетистской мистики» 1875 г.; книга образцовая, на мой взгляд), я считал бы, что оценка этого сложного и неоднозначного явления (квиетизма) в русском богословии не такова, чтобы выносить столь определённые суждения. Я в своё время разбирал мнение свт. Феофана Затворника о квиетизме, и с сожалением должен был убедиться, что под этим словом он понимает какую-то химеру, а не действительное явление. Франциск Сальский и Фенелон, несомненные квиетисты, были весьма почитаемыми соответственно самим же свт. Феофаном и свт. Филаретом Московским, etc. Также и русское масонство требует весьма пристального рассмотрения, и мне представляется, что однозначно оценивать его как «плохое» я бы не стал (я не говорю, что это относится к Вашей лекции; но всё же наше общее традиционное русское... как бы сказать... недоинформирование в этом вопросе моё гипер-критическое в этом отношении ухо услышало и в Ваших словах).
Вместе с тем ещё раз благодарю Вас за очень важную и содержательную лекцию!+
Мои комменты см. ниже.
+Прослушал Вашу интернет-лекцию об истории Иисусовой молитвы: https://www.youtube.com/watch?v=uV7i1VsoE-U&t=71s Должен Вас поблагодарить и выразить Вам свой респект. Я отношусь к тому поколению нового русского монашества, которое в конце 80-х / начале 90-х гг. в процессе «духовного возрождения» всерьёз было захвачено «Новым Русским Исихазмом», в котором важную роль сыграли и «Рассказы», и Добротолюбие, и прочее, Вами упоминаемое – захвачено именно практически, не научно, не книжно, а «в самое сердце». Итог: уходы из Церкви, психические болезни, этическая расхристианизация, порой трагедии и ранние смерти, в моём случае – некоторая трансформация узко-конфессионального угла зрения в сторону пиетизма и квиетизма... но ни единого случая осуществления того, что нами с таким энтузиазмом и духовной жаждой было прочитано у «святых отцов» о «самодвижных молитвах» и прочих разобранных Вами материях. Полное фиаско. Ваша лекция даёт достаточно оснований осмыслить его причины и неизбежность – «лучше поздно, чем никогда».
Я, несомненно, продолжу слушание Ваших лекций о паламизме и исихазме и буду в той или иной форме популяризировать их, поскольку, на мой взгляд, Вы говорите очень важные вещи именно с пастырско-педагогической точки зрения.
Вместе с тем не могу объявить себя и Вашим полным единомышленником. Я отставляю в сторону конфликты, касающиеся отдельных, глубоко уважаемых мною личностей, в отношении которых, на мой взгляд, Вы были неправы. Но и некоторые «общие» вопросы, мне кажется, нуждаются в дискуссии. Позвольте отметить два из таковых, которые Вы отметили в Вашей лекции.
( Свернуть )
Первый (насколько я понял, разумеется). Говоря про Евагрия и его систему, Вы сказали, что монашество не захотело «отпускать» Евагрия и рецептировало его взгляды (речь шла о без-о́бразности молитвы), в то время как они были явным выражением нехристианской, неоплатонической догматики о необходимости «раз-телесения», или, как Вы сказали, «дематериализации» человека. Об исходной неправильности (с христианской т. зр.) положений Евагрия я с Вами, разумеется, согласен. Но, на мой взгляд, требование без-о́бразности молитвы в монашестве (и шире – в аскетической молитвенной христианской практике и восточной, и западной – да, и западной! церкви) исходит далеко не только из этого, и совпало с Евагрием тут чисто внешне. Если отталкиваться от Герхарда Терстегена, подытожившего всю здравую западную церковную мистику, здесь речь идёт о том, что молитвенные отношения с Богом вообще в минимальной степени касаются падшей «физики» (абсолютный «антиисихазм» в смысле обсуждаемых Вами практик, кстати). Сфера нашего общения и единения с Богом в Господе Иисусе Христе Святым Духом происходит в пространстве веры и любви, и, следовательно, свободы; а цель аскетики – вполне евангельская замена падшего «ветхого Адама» на «нового Христа»; следовательно, всякий образ в молитве будет здесь исходить из ветхой, падшей части, и именно поэтому он недопустим, а не потому, что нам надо «развоплотиться». Основания здесь педагогические, а не доктринальные. Поскольку Терстеген в определённом смысле «общецерковен» в аскетическом смысле, то ту же линию ясно видно и у свтт. Игнатия и Феофана. Но они очень плохо знали западную церковную мистику – что, увы, характерно, на мой взгляд, и для всего русского богословия до сего дня. То есть, я хочу сказать, говоря о рецепции «без-о́бразности» евагриевской молитвы и противопоставления ей «западной о́бразности», нужно учитывать и другие обстоятельства, мною упомянутые.
Дальше. Вы приводите термин Молиноса «в-вращение», и упоминаете Терезу Авильскую и м-м Гюйон. Я не знаю испанского языка, всю эту литературу читаю на немецком, с упомянутыми Вам переводами Молиноса конца 18 в. знаком. Этот термин у Терстегена я переводил феофановским термином «внутрь-собирание», и не нахожу здесь чего-то особенного или «мистического» – вполне понятный практико-аскетический термин, означающий «молитвенное сосредоточение». То есть я тут не придавал бы этому слишком большого значения.
И в связи с этим – последнее замечание. Мне показалось, что Вы в Вашей лекции оцениваете квиетизм заведомо отрицательно («то, что исходит от Молиноса, плохо, поскольку он осуждён»). Не говоря о том, что осуждение Молиноса весьма неоднозначно (об этом Хеппе хорошо писал ещё в своей «Истории квиетистской мистики» 1875 г.; книга образцовая, на мой взгляд), я считал бы, что оценка этого сложного и неоднозначного явления (квиетизма) в русском богословии не такова, чтобы выносить столь определённые суждения. Я в своё время разбирал мнение свт. Феофана Затворника о квиетизме, и с сожалением должен был убедиться, что под этим словом он понимает какую-то химеру, а не действительное явление. Франциск Сальский и Фенелон, несомненные квиетисты, были весьма почитаемыми соответственно самим же свт. Феофаном и свт. Филаретом Московским, etc. Также и русское масонство требует весьма пристального рассмотрения, и мне представляется, что однозначно оценивать его как «плохое» я бы не стал (я не говорю, что это относится к Вашей лекции; но всё же наше общее традиционное русское... как бы сказать... недоинформирование в этом вопросе моё гипер-критическое в этом отношении ухо услышало и в Ваших словах).
Вместе с тем ещё раз благодарю Вас за очень важную и содержательную лекцию!+
Мои комменты см. ниже.
