Вы ссылались, что по Максиму энергия есть движение сущности. По TLG не нашел (видимо, в еще отсутствующих текстах), не успеваю искать в файлах, выложенными новогреками. Не дадите ли точную ссылку, где?
б)Относительно тварности имен у Ареопагита. Если очень несерьезно, то если бы имена у Ареопагита были тварные, то он написал бы трактат "О тварных именах", а не наоборот; я не понимаю, как можно имена, относящиеся "ко всей божественности во всей ее целостности, всеобщности и полноте", которые "все они нераздельно, абсолютно, безусловно и всецело применимы ко всей цельности всецельной и полной божественности" проинтерпретировать как "многобожие". Многобожие аналогичное прокловскому было бы в том случае, если бы имена у Дионисия, подобно прокловским генадам представляли бы онтологически, безотносительно к сущему, но по необходимости сразу и причастия к первоединому и отличия от первоединого иерархию чисел-существ. На самом деле у Прокла необходимость причастия генад к первоединому именно в качестве чисел-существ не есть внутренняя, но обусловлена внешним фактором - отсутствием учения о творении сущего из ничего; по этой причине у него невозможность иначе объяснить иерархическое устройство сущего как только тем, что иерархическое устройство присуще едино-многому генад безотносительно сущего, а как онтологическое свойство, отличающее едино-многое от первоединого и, как таковое, в свою очередь дающее возможность причастия и отличия всего, что после чисел от них и так далее по нисходящей. У Дионисия же не было необходимости объяснять творение сущего, грубо говоря, внутренним устройством божества, так как он как христианин принимал творение мира не по необходимости но по спонтанной творческой воле, почему и первообразы назвал "предначертаниями и божественными и благими пожеланиями" Это спонтанное творческое действие он, например, так описывает: "Кроме того божественная любовь направлена вовне: она побуждает любящих принадлежать не самим себе, но возлюбленным", и, немного ниже: "Сам являющийся Причиной всего благодаря любви к прекрасному и добру во всем по преизбытку любовной благости оказывается за пределами Себя, будучи привлекаем ко всему сущему Промыслом, словно благостью, влечением и любовью, и из состояния запредельно все превышающего низводится сверхсущественной неотделимой от Него выводящей вовне силой. Почему и называют Его опытные в божественном люди Ревнителем - как испытывающего сильную и добрую любовь к сущему, как побуждаемого Своим любовным влечением к Ревности, как обнаруживающего Себя Ревнивцем, ревнующим Им вожделенное, и как ревностным в заботе о сущем." (ОБИ, 4, 13). (Конечно и у неоплатоников Единое в силу своей благости дает возможность для происхождения всего, что после него, но есть существенное различие: это не пожелание Единого у Плотина, не его воля и у Прокла не воля генад, а присущая им необходимость, и поэтому единое никуда не исходит за пределы себя и тем более не влечется, не вожделеет, не испытывает "добрую и сильную любовь к сущему" и не ревнует в заботе о сущем, как все это делает Бог у Дионисия.) Поэтому мысли Дионисия совершенно нет необходимости выстраивать иерархию чисел-божеств. Вы сами говорите, что имена у Дионисия имеют космологический, а не онтологический статус. если это так, то значит и различие их, и иерархия обусловлена их отношением к миру, то есть Промыслом, и я не понимаю, что здесь языческого. Тогда и Григория Богослова надо назвать многобожником, когда он, например, говорит: "Мирородный Ум рассматривал так же и в великих своих умопредставлениях Им же составленные образы мира, который произвел впоследствие, но для Бога и тогда был настоящим" за то что у него "умопредставления" и "образы" во множественном числе. Тогда и Максима Исповедника следует обвинить в многобожии так как у Него всеобщий Логос, разделившись, представляет Собой иерархию меньших логосов. Бог захотел. чтобы творение было многоообразным и иерархичным, поэтому и промысел Его многообразен и иерархичен, чтобы определить многообразность и иерархичность творения.
Как я убедился именно отсутствие учения о творении мира из ничего в языческих системах приводит либо к монизму либо к пантеизму и многобожию, либо к дуализму. в индийской средневековой философии точно такая же картина: все оригинальные особенности различных направлений в веданте обусловлены главным образом необходимостью разрешить вопрос о происхождении мира от божества и различными вариантами ответов на эти вопросы. У Дионисия этой проблемы нету.
Что касается "божественного Дионисия", то он божественен если вся последующая традиция так его называет, кстати не только Максим, но и любимый Вами Иоанн Дамаскин: "Итак этому мы научились из священных изречений, как говорил божественный Дионисий Ареопагит" (ТИПВ, 1, 12). Как бы ни хотелось большинству патрологов причислить его к язычникам, христиане верят в "апостольскую Церковь", а не в "профессорскую Церковь", в которой "консенсус патрум" а не "консенсус профессоров богословия". в) относительно язычества Прокла и в чем оно, по-моему, заключается я уже сказал. г) Как человек может не знать сущности и в то же время быть причастным ей целиком? Если интеллектуальная способность есть аспект человеческой природы, то если человек целиком причастен Богу, то и этой своей способностью также. Разница в духовном опыте и в разной степени причастия или познания божества в обожении в том, что каждый человек причаствует Богу сообразно силе произволения или уступания в себе места для действия Бога.
no subject
Date: 2005-01-24 02:57 pm (UTC)Многобожие аналогичное прокловскому было бы в том случае, если бы имена у Дионисия, подобно прокловским генадам представляли бы онтологически, безотносительно к сущему, но по необходимости сразу и причастия к первоединому и отличия от первоединого иерархию чисел-существ. На самом деле у Прокла необходимость причастия генад к первоединому именно в качестве чисел-существ не есть внутренняя, но обусловлена внешним фактором - отсутствием учения о творении сущего из ничего; по этой причине у него невозможность иначе объяснить иерархическое устройство сущего как только тем, что иерархическое устройство присуще едино-многому генад безотносительно сущего, а как онтологическое свойство, отличающее едино-многое от первоединого и, как таковое, в свою очередь дающее возможность причастия и отличия всего, что после чисел от них и так далее по нисходящей. У Дионисия же не было необходимости объяснять творение сущего, грубо говоря, внутренним устройством божества, так как он как христианин принимал творение мира не по необходимости но по спонтанной творческой воле, почему и первообразы назвал "предначертаниями и божественными и благими пожеланиями" Это спонтанное творческое действие он, например, так описывает:
"Кроме того божественная любовь направлена вовне: она побуждает любящих принадлежать не самим себе, но возлюбленным", и, немного ниже:
"Сам являющийся Причиной всего благодаря любви к прекрасному и добру во всем по преизбытку любовной благости оказывается за пределами Себя, будучи привлекаем ко всему сущему Промыслом, словно благостью, влечением и любовью, и из состояния запредельно все превышающего низводится сверхсущественной неотделимой от Него выводящей вовне силой. Почему и называют Его опытные в божественном люди Ревнителем - как испытывающего сильную и добрую любовь к сущему, как побуждаемого Своим любовным влечением к Ревности, как обнаруживающего Себя Ревнивцем, ревнующим Им вожделенное, и как ревностным в заботе о сущем." (ОБИ, 4, 13). (Конечно и у неоплатоников Единое в силу своей благости дает возможность для происхождения всего, что после него, но есть существенное различие: это не пожелание Единого у Плотина, не его воля и у Прокла не воля генад, а присущая им необходимость, и поэтому единое никуда не исходит за пределы себя и тем более не влечется, не вожделеет, не испытывает "добрую и сильную любовь к сущему" и не ревнует в заботе о сущем, как все это делает Бог у Дионисия.) Поэтому мысли Дионисия совершенно нет необходимости выстраивать иерархию чисел-божеств. Вы
сами говорите, что имена у Дионисия имеют космологический, а не онтологический статус. если это так, то значит и различие их, и иерархия обусловлена их отношением к миру, то есть Промыслом, и я не понимаю, что здесь языческого. Тогда и Григория Богослова надо назвать многобожником, когда он, например, говорит: "Мирородный Ум рассматривал так же и в великих своих умопредставлениях Им же составленные образы мира, который произвел впоследствие, но для Бога и тогда был настоящим" за то что у него "умопредставления" и "образы" во множественном числе. Тогда и Максима Исповедника следует обвинить в многобожии так как у Него всеобщий Логос, разделившись, представляет Собой иерархию меньших логосов. Бог захотел. чтобы творение было многоообразным и иерархичным, поэтому и промысел Его многообразен и иерархичен, чтобы определить многообразность и иерархичность творения.
no subject
Date: 2005-01-24 02:58 pm (UTC)Что касается "божественного Дионисия", то он божественен если вся последующая традиция так его называет, кстати не только Максим, но и любимый Вами Иоанн Дамаскин:
"Итак этому мы научились из священных изречений, как говорил божественный Дионисий Ареопагит" (ТИПВ, 1, 12). Как бы ни хотелось большинству патрологов причислить его к язычникам, христиане верят в "апостольскую Церковь", а не в "профессорскую Церковь", в которой "консенсус патрум" а не "консенсус профессоров богословия".
в) относительно язычества Прокла и в чем оно, по-моему, заключается я уже сказал.
г) Как человек может не знать сущности и в то же время быть причастным ей целиком? Если интеллектуальная способность есть аспект человеческой природы, то если человек целиком причастен Богу, то и этой своей способностью также.
Разница в духовном опыте и в разной степени причастия или познания божества в обожении в том, что каждый человек причаствует Богу сообразно силе произволения или уступания в себе места для действия Бога.